• 1
  • 2
  • 3

  • Сергей Березин с детства был привязан к музыке настолько сильно, что родители отвязывали его от пианино только тогда, когда он выполнял то, что ему задавали в музыкальной школе.

    Мечтал он играть на аккордеоне, а привязывали его к пианино, так как аккордеона дома не было.

    Потом он захотел стать композитором и писать серьезную музыку.

    Пришлось же писать легкую, так как незаметно для себя он окончил институт легкой промышленности.

  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • 6

Интервью

Е. Гаврилов. — С какими трудностями вам пришлось столкнуться как самостоятельному композитору?
Сергей Березин — Все композиторы с ними сталкиваются. То, что я не был членом Союза композиторов, мне мешало, и многие мои песни не дошли до зрителей. Тогда не членам Союза композиторов сложно было записаться на студии. Студий тогда было три: ДЗЗ, «Мелодия» и на радио. Первый вопрос, который задавали в худсовете: «А являетесь ли вы членом Союза?». И, соответственно, барьер для прохождения песен через этот худсовет был: являешься — не являешься. Практически много-много хороших песен не услышал наш народ, созданных не членами Союза композиторов, много талантливых ребят так и не увидели свет, не прослушали свои произведения профессионально в записи. Было такое время.
Сейчас это не играет роли, но всё равно я очень благодарен, что судьба меня свела с такими одарёнными, выдающимися композиторами, как Марк Фрадкин, Владимир Яковлевич Шаинский, Давид Тухманов, Никита Богословский, Серафим Сергеевич Туликов. И я у них учился. Они давали нотки, а я аранжировал, делал и постигал технологию, как писать песни.

Е. Г. — Что вам помогло преодолеть преграды и записать песню, написанную вами — «Снег кружится»?

Сергей Березин — Были какие-то лазейки. Раньше имелась такая должность — музыкальный редактор. И на радио, и на «Мелодии». Прежде всего я должен с благодарностью вспомнить имя музыкального редактора фирмы «Мелодия» Владимира Дмитриевича Рыжикова. И не только я благодарен ему. Многим тогда молодым композиторам он помог.
Допустим, не приняли у меня песню на радио. Я иду в «Мелодию», иду на телевидение. На телевидении не приняли в одной редакции, иду в другую. Конечно, эта сетка была с прорехами. Благодаря им появлялись какие-то произведения молодых авторов. Вот сейчас мы встречались со Славой Добрыниным. Он тоже преодолевал, преодолевал. И в застойные годы много написал хороших песен. Всё через преодоление. Если бы он был членом Союза композиторов, ему было бы намного легче.
А «Снег кружится» на радио главному редактору музыкальных программ, музыкальной редакции приносили четыре раза разные редакторы, чтобы он разрешил. И четыре раза он ставил на коробке бекар. У них было так задумано. Бекар — это музыкальный знак, означающий отмену. Он поставил мне четыре бекара.
Уже потом, когда песня закрутилась на фирме «Мелодия», где Владимир Дмитриевич Рыжиков «пробил» буквально эту песню, через год-два она зазвучала и по радио.

Е. Г. — С какого момента началось ваше творческое сотрудничество с Ларисой Рубальской?
Сергей Березин
 — Я познакомился с ней где-то в 1982-1983 году. Это было чисто случайное знакомство. Она тогда работала японской переводчицей и писала стихи. И хотелось как-то заинтересовать композиторов. Меня привели и познакомили с ней. Она предложила мне стихи, мне они понравились. С первого раза я проникся симпатией к ней и её мужу, мы подружились. Потом лет восемь я писал песни только на стихи Ларисы Рубальской. И сейчас мы с ней сотрудничаем. Буквально сегодня отвёз ей музыку, которую пишу сейчас к фильму. Там есть песня, и она будет её подтекстовывать. Сегодня-завтра она напишет к этой музыке стихи.

Е. Г. — Когда вы впервые написали свою песню?
Сергей Березин
: — Это было ещё до «Самоцветов». Где-то в 1969-1970 году. Была такая певица Мария Лукач. Она впервые исполнила мою песню на концерте. А «Самоцветы» — это уже 1971 год.

Е. Г. — Как происходило ваше становление в детстве как музыканта? Кто были ваши родители, имели они отношение к искусству?
Сергей Березин
: — Практически нет. Отец мой имел некоторое отношение. Он в юности, до войны играл в театре, во втором МХАТе. Потом ушёл, закончил институт, стал инженером по водному транспорту. А потом погиб... Мать у меня врач. А музыкантов в родне у меня не было.
Меня отдали в детскую музыкальную школу — у нас стояло пианино. На нём мальчика надо было учить. К музыке был неравнодушен с детства, но учиться не любил: когда пацаны гоняли в футбол, мне надо было гаммы разучивать.

Е. Г. — Как складывался ваш творческий путь после окончания музыкальной школы?
Сергей Березин
: — Я закончил химический факультет института лёгкой промышленности. Тогда в моде был джаз. Я стал заядлым джазменом. И весь институт, как говорили тогда, «пролабал» на халтурах. На рояле, потом на саксофоне. Был такой первый московский фестиваль джаза «Джаз-65», это было в гостинице «Юность» — тогда уже джаз-клуб существовал. Я принимал участие в фестивале, и наш оркестр получил звание лауреатов. Руководителем был Юра Чугунов. Он сейчас профессор, преподаёт джаз в Гнесинском институте, написал очень большую книгу «Гармония в джазе» — талантливый человек. Я все 60-е годы проиграл джаз.
Затем учился в музыкальном училище на теоретическом факультете. А потом, в 1967 году, Коля Михайлов позвал меня на работу пианистом в оркестр Марка Наумовича Бернеса. Я бросил инженерить и пошёл играть советскую песню. С этого всё и началось. Потом я уже полюбил это дело.

Е. Г. — В своё время вы были лауреатом джазового фестиваля. Вы поклонник джаза и сегодня. С кем из джазовых исполнителей в течение жизни вам посчастливилось встретиться и общаться?
Сергей Березин
: — Со всеми русскими джазменами. Например, с Валерием Пономарёвым. Вот мы с ним играли в джаз-клубе в оркестре Германа Орлова. Он играл на трубе, я — на рояле. Потом он эмигрировал в Америку, и его взял к себе Арта Блэйки в ансамбль Jazz Messengers. Сейчас он приезжает на джазовые фестивали. Все заметные музыканты с Лёшей Козловым, с Лёшей Кузнецовым. Гаранян у нас в институте биг-бэнд организовывал, я у него играл в оркестре. Сейчас, когда можно ездить куда угодно по миру, джазмены приезжают сюда. А тогда приобретали пластинки из-под полы, слушали «Голос Америки», джазовые передачи и записывали их всё время на магнитофоны, учились играть джаз.

Е. Г. — Как рождалась легендарная песня «Снег кружится»?
Сергей Березин
: — Мы уже тогда дружили с Михаилом Исаевичем Таничем и с его женой Лидией Козловой. Я сочинил мелодию и показал им. А Лида — очень талантливая, продвинутая поэтэсса, но тогда она писала не для песен, а какие-то поэтические тексты в манере Ахмадулиной. Она тоже увлеклась, когда я показал ей музыку, и написала текст. И получилась удача. Она впоследствии написала много песен и с Игорем Николаевым. Очень талантливая женщина.

Е. Г. — Ваши пожелания любителям вашего творчества?
Сергей Березин
: — Пожелание сугубо эгоистическое. Чтобы всегда они были с нами, слушали наши песни.